Поэты
Стихотворения поэтов городского литературного объединения «Прометей» 2012 год
Благословение моим детям
Нежное создание природы,
Ты, как зорька ясная, свети.
По утрам дари улыбку милую,
Счастье жизни на века продли.
И окупятся сторицей все невзгоды,
А жизнь прожить – не брод шутя пройти.
Будут в ней дожди с ветрами, непогоды,
А ты солнечные, ясные деньки люби.
И не пытайтесь вы догнать лукавого,
Ведь богатство – вечное ярмо.
С лёгкостью душевною живите и без зависти.
Хлеб да соль, радушие, тепло!
И придёт к душе таинство вечности.
Радость эту словом описать нельзя.
Те глазёнки внученьки так преданны,
И нет роднее в мире существа!
Людмила Холодова
Сердце моё
Как тебя, сердце, заставить молчать?
Слышишь, спокойно, не нужно кричать.
Что бы не делала я, ты терпи.
Слышишь, прошу тебя, жизнь мне продли.
Сердцу ночами покоя не знать,
Неугомонному сердцу не спать.
Сердце, тебе говорю я – терпи.
И как бы не было тяжко – молчи.
Не для того я была рождена,
Чтобы без боя я жизнь отдала.
Благословение души обрести.
В жизни должна я гореть и цвести.
Людмила Холодова
Милёнок
Ушёл милый от крылечка,
Унёс ключик от сердечка.
Я хочу его спросить –
«Почему серчаешь?
Раньше часто приходил,
Нынче не бываешь».
«Думал думу я,
Что не будешь ты моя».
Мне во сне приснилось
Будто дождик капал.
Это под моим окном
Милый горько плакал.
Одинокая любовь
Мне досталась.
Дал Господь и взял Господь:
Я одна осталась
Ольга Михайлова
Пушкин
Люблю я Пушкина стихи.
Они крылаты и легки.
В кудрявых локонах богатых
Жила мечта его крылата.
Мечтой своей всех озарял,
Стихи на балах сочинял,
И с вдохновеньем их читал.
Не усмирял свой гордый пыл,
И лишь с женою нежен был.
Не покорялся никому.
Бедой дуэль была ему.
Мы образ Пушкина храним.
Он рядом с нами, а мы с ним.
Стихи его узнал весь мир.
Он наша гордость, наш кумир.
Ольга Михайлова
Трое из тысяч
На скамейке искалеченной,
На заплёванном бульваре
Трое корешей, сердечные,
На последние гуляли.
Франтовато сидит кепочка,
А под ней подбитый глаз.
Пальтецо в цветную клеточку:
Одеяло и матрац.
И те два – не академики,
Хоть пиши с них бурлаков.
Под судьбы - злодейки веником
Докатились до низов.
Из бутылки пробка выбита.
Ровно, честно на троих
Их неё вся водка выпита:
Кодекс чести и у них.
«Хорошо сидим, ребята!»
Враз покончив с огурцом,
Так сказала в прошлом шляпа,
И утёрлась рукавом.
Третий в вязаной шапчонке
Шамкал хлеб беззубым ртом.
Старым выглядел ребёнком,
А мог трижды быть отцом.
Солнце греет, пригревает…
Хмель ударил по мозгам.
«Джентельмены» приглашают
Проходивших мимо дам.
Кто со смехом, а кто молча
Их обходит стороной.
Себя крестят под платочком:
«Слава Богу, что не мой».
Под кустом нашли газету,
Продырявленный пакет.
Бережно собрав объедки
Пошагали… В белый свет.
Алевтина Мигалевич
Юность
Я признаться ей боюсь,
И так хочу признаться.
Я на свиданье тороплюсь,
И мне уже шестнадцать.
Я с замиранием ловлю
Счастливые мгновенья.
И тихий шёпот «Я люблю»,
И рук прикосновенья.
Какое дело нам до всех,
Нам хочется смеяться,
И наш весёлый юный смех
Мешает целоваться.
И взявшись за руки идём
Который раз по кругу,
И от друг друга клятвы ждём
Как любим мы друг друга.
Домой нескоро я вернусь.
Но при любом ненастье,
Легко засну, легко проснусь
И с ощущеньем счастья.
Юрий Михайлов
«Болезнь»
Молю, избавь меня от доли
Страдать и корчиться от боли.
Мне очень трудно говорить,
И так не хочется мне жить.
Хоть вся семья об этом знает,
Сочувствий нет, и так бывает.
Тихонько жизнь идёт ко дну,
Обидно гибнуть одному.
Без милосердия нет дива.
Ну, дайте хоть бутылку пива!
Юрий Михайлов
Усі ми співавли, що доля не вмерла,
Це правда, вона, як би трохи жива,
За роки країни ці мовні перла
В усіх можновладцях, а діла нема.
У них відпочинок в „Парижах” та „Віднях”,
Шикують усіх, поруч з ними „модель”,
Забувши про бідних, що гинуть у злиднях,
Готові по трупах до вищіх щабелью
Юрій Михайлов
Зима
Падают снежинки, на ладонях тают,
Снегом покрывая серые дома.
Падая, кружатся, землю осыпая,
Землю осыпая с ночи до утра.
Утром всё здесь будет чисто и красиво,
Утром всё здесь будет в белом хрустале,
Под лучами солнца всё здесь засверкает.
Я скажу спасибо зимушке-зиме.
Дмитрий Орленко
Рідна мова
Народів є багато на планеті,
І мова в кожного з народів є своя.
Для мене ж рідна - українська мова,
На ній завжди з людьми спілкуюсь я.
Не можу рідну мову позабути,
Ту мову, що з дитинства знаю я,
З якою ріс, з якою вчився,
То мова мами, що дала мені життя.
Дмитро Орленко
Проводы солдата
Провожали на закате
В армию бойца,
Обещал он, что вернётся,
Что не навсегда.
Обещал, что верной службой
Род не осрамит,
И родимый дом его
Будет не забыт.
Наставленье он послушал
Брата и отца,
И иконку мать ему дала.
Обещал он им оттуда
Весточки писать,
Каждую неделю
В дом свой присылать.
Вот уже прощанье
Подошло к концу
И боец, сев в поезд,
Крикнул „Напищу!”
Тронувшися поезд
Громкий дал сигнал
И, поехав дальше,
Быстроход набрал.
А боец, усевшись тихо у окна,
Попрощался с домом,
Но не навсегда.
Дмитрий Орленко
Мой первый учитель
Мой первый учитель –
Единственный в мире-
ты в свет меня вывел,
В прекрасную быль.
Учил ты меня этот мир познавать,
Читать, и писать, и примеры решать,
Но скоро придётся смириться,
Что надо с тобою простится.
Без слёз не пройдёт расстьаванье,
Не сбыться такому желанью:
Остаться навеки с тобой,
Мой первый учитель родной...
Антон Свистельников
Роздуми над повістю „Тарас Бульба”
Козаки, чи є ви нині?
Я б побік до вас мерщій,
Я б не зрадив Батьківщину,
Як оце зробив Андрій.
Я Тарасу співчуваю,
До Остапа відчуваю
Лише кращі почуття,
Бачу, як вогонь палає-
Він уходить в небуття.
Запорізька Січ сумує
За всіма, хто полягли,
Але знов сидить, мудрує,
Як поляків гнать з землі.
Шанували товариство
Запорізькі козаки,
Своєрідне їхне місто
Всі приймали залюбки.
Антон Свістельников
Стихотворения поэтов городского литературного объединения «Прометей» 2011 год
Люблю тебя, какой ты есть –
Люблю тебя за твою лесть,
Которая сродни обману.
Что делать? Мир преобразился,
А я считаю звёзды по ночам.
Но ты бы, милый, удивился
Тебе не сказанным словам.
Я их скажу росе прозрачной,
Украсившей собой траву,
Кузнечику в костюме фрачном,
Ольхе, теряющей листву.
Найду дуплистую берёзу –
Там драгоценный клад сложу:
Любовь свою, мечты и слёзы…
Тебе лишь ничего я не скажу.
Алевтина Мигалевич
Не прошу приносить мне
Букеты
Из цветов полевых и перо
Фазана.
С тех лугов, где вопросы твои
Без ответа,
Где привычно царит
Тишина.
Принеси лишь кленовый
Листочек,
И в ладонях воды остудить мне
Лицо.
Подари, не на праздник,
Платочек,
С чёрным камнем простое
Кольцо.
Вера Науменко
Крик души
Обманули, обокрали трудовой народ,
Сбережения забрали, ну и вот:
Люди лазят по помойкам в поисках еды,
Толстосумам, толстомордым заглядывая в рот.
Расплодились олигархи на земле родимой,
Где отцы наши и деды головы сложили,
Чтобы жили мы счастливо, без беды,
Нас хотят оставить даже без воды.
Чтоб пополнить капитал свой на счетах,
Они идут на всё без всякого стыда!
Разорили все колхозы, уничтожили стада!
Моря, Ялты нам не видеть никогда!.
И стоят поля пустые, нечего родить,
За кордон и на базары нечего возить.
Сколько ж будут нас тиранить и дурить?
Не пора ль нам спящий люд уже будить?
Черновик стихов
Смотрю я в черновик свой –
Другому не понять,
Лишь только я смогу
В нём что-то разобрать.
Здесь осень и зима,
Здесь дактиль и хорей,
Весна встречает лето,
На ветке воробей.
Душа к высокому стремиться,
А строчечка в тетрадь,
Вот так и получается
Малютка-стих опять.
Стихи писать нетрудно,
Когда душа поёт,
Коль сердце сильно бьётся
И просится в полёт.
Юрий Евдокимов
К 100-летию международного женского дня
Чувства бушуют, как лава в вулкане.
Трудно мне вам передать их словами.
О женщинах столько хочу вам сказать,
Что время не хватит перечислять.
Женщина-мать наш очаг охраняет,
Час то мужчин от беды сберегает.
Женщина – доктор, пилот инженер,
Мужества, стойкости, ласки пример.
Слабым их полом обычно считают,
Но чаще сильнее они нас бывают.
Разума больше природа ей дала,
Род человеческий чтоб сберегла!
Хотя и стихи не каждая пишет,
Женское сердце всё видит, всё слышит.
В женщине масса заботы, любви.
Милая женщина!
Первое место по праву займи.
Удел
Но почему на жизненном пути
В любви большой судьба не улыбнулась.
И почему я не сумел найти одну, чтоб сердца моего коснулась.
А рядом появлялись только те, что выгоду свою искали,
В любви клялись, и в женской простоте годами удержать
Меня старались. Я по большому счёту их не обвиняю,
Их можно даже пожалеть.
Не просто рядом с нелюбимым прожить и выходки его терпеть.
А что любовь к себе я не заметил и ненароком упустил,
Сам виноват, что не приметил, на поиски потратил мало сил.
Сейчас имею, что имею, а на судьбу грешно кивать,
Наверно, шансы в жизни были, их просто не сумел узнать.
К тому же в молодые годы в крови романтика была.
И с комсомольскою путёвкой менял я стройки, города.
Прибалтика, Россия, Украина и в завершение Донбасс,
На стройках хорошо работал, на отдыхе неважный ловелас.
Наверно, потому и половинка затерялась,
Ведь я на месте долго не сидел, как только стройка завершалась,
Я в новую республику летел.
Потом чужая половинка прислонилась, я в этом смысле пролетел.
И очень жаль, что не сложилось. Что делать, не судьба, такой удел.
Колокольный звон
Колоколов церковных звон,
Бальзамом на душу ложится.
Уж сотни лет он прихожан
Зовёт за душу помолиться.
На свете дела нет важней
Души своей спасенья.
В земной ведь жизни нам не счесть
Соблазнов, искушенья.
Грехи, как кашель, пристают,
Лишь стоить отвернуться.
Со всех сторон нас достают, поэтому
Быстрее к Богу надо повернуться.
Молитвой, раскаяньем от души,
И ждёт тебя тогда прощенье.
От скверн очистится твоя душа,
Её наступит воскрешенье.
Ольга Михайлова
Сирень
Что грустишь ты утром ранним,
Только начался ведь день.
Пусть для нас он будет праздным:
Ночью ела сирень.
Она бальзамом одаряет
И сутками благоухает,
Ты выходи, её встречай,
Ведь на пороге светлый май!
Я лишь думаю о том:
Поработать бы пером
И в стихи сирень впустить,
Чтоб подольше ей прожить.
Ведь когда сирень цветёт,
День Победы к нам грядёт.
Жаль, не все к нему дошли,
К этим запахам земли.
Буратино
Утром рано сестра встала
И на кухню побежала.
Приготовила салат-
Как же тонок аромат!
Крепок в декабре мороз,
Спешит на ёлку Дед Мороз,
Всех детишек приглашает,
Буратино лишь скучает,
За нос Дед Мороз хватает,
Буратино возражает:
Не держи меня за нос,
Знаешь вед, какой мороз.
Если нос мой отпадёт,
Кто его тогда пришьёт?
Папы Карло давно нет.
Длинный нос мне помогает:
Каждый по нему узнает
Буратино-сорванца.
Прочь от моего лица!
Валерий Городовиков
Куда спешу
Я всё спешу, куда не знаю,
Избрав стезю поэта,
Стихи пишу, благословляя
Родных, друзей куплетом.
Спешу на поезд, на автобус,
Спешу, чтоб время наверстать,
Неумолимо кружит глобус,
Но время не уходить вспять.
Куда спешу, не понимаю,
Зачем так рано я встаю,
Кого с любовью вспоминаю,
К кому-то ненависть таю.
Хочу сказать о чём-то много
Тому, кто мог меня терпеть
Всегда шагая со мной в ногу,
Жизнь коротка, хочу успеть.
Я до сих пор спешу куда-то,
И, может быть, чуть-чуть я трушу,
Но жизнь бежит, за датой дата,
А я спешу, спешу, спешу.
Кошка и собака (басня)
Собака с кошкой
с давних пор
Навек врагами стали,
кота не пустит он
во двор,
Чтоб вместе обитали.
И чтобы вновь
понять мораль
Между собакой
с кошкой
Мне
эта длинная спираль
Уже видна немножко.
Здесь сколько в жизни
ни крути,
Как говорят в народе:
Сидит собака на цепи,
А кошка ходит
на свободе.
Пётр Коротун
Евгений Онегин в авиации (поэма) (в сокращении)
Нет, я не Пушкин, я другой,
Ещё неведомый избранник,
По типу, в должности механик,
Но с поэтической душой.
Хотя моих произведений
Не выпускают ещё в свет,
Хоть не талантлив я, не гений,
Стихи пишу я, как поэт.
Я первый раз пишу поэму
И потому прошу учесть,
Что выбрал я большую тему,
И много в ней ошибок есть.
Конечно, быть легко с талантом,
Когда другой заботы нет,
И если б Пушкин был сержантом,
То вряд ли был бы он поэт.
Итак, начну без лишних фраз
Мой скромный истинный рассказ.
Мой лётчик самых честных правил,
Узнал, что будет перелёт,
Он за семь дней вперёд заставил
Готовить нужный самолёт.
Его пример – другим наука,
О! Боже мой, какая скука
Найти во что бы то ни стало,
Дефект, чтоб стрелка не дрожала.
Так думал молодой механик,
Готовя к вылету свой «ИЛ»,
Слил конденсат, «законтрил» краник
И командиру доложил.
Но к вылету покуда рано,
Поэтому мои друзья,
С героем своего романа
Решил вас познакомить я.
Подобно всем друзьям-ребятам,
Он призван был военкоматом,
Забрал повестку, сел в вагон
И, в общем, стал военным он.
Кто может знать, где наше счастье
И по каким путям пойти.
Он мог попасть и в моточасть,
В артиллерийские полки.
И всё же волею небес,
Попал служить он в ВВС,
Конечно, не по доброй воле
Он стал учиться в Вольской школе.
Так год провёл он в этой школе,
Всему конец, поверьте, есть,
Он получил любовь к работе,
И аттестат по норме есть.
Вот мой Онегин на свободе!
Сперва работал на заводе,
Потом, как горько не рыдал,
Он первый сразу в «ЗАП» попал.
Увы, в том «ЗАПе» было худо,
Порой хотелось жутко есть,
Пришлось забыть
Про норму «шесть».
Но с честью, не смыкая глаз,
Почти всю ночь учил «НИАС».
Пока Онегин не решил,
Что он прекрасно знает «ИЛ».
Суровый ветер напевает,
Весь лагерь спит спокойным сном.
Онегин шасси изучает
И водит по листу пером.
Судьба Онегина хранила,
Он получил два новых «ИЛА»,
Отвёртку, пассы, два ключа
И стал работать сгоряча.
А чтобы самолёт был чист,
На то был Ленский – моторист.
Казалось, не было раздора,
Но тут пришла в служебный час
Татьяна – мастер по приборам
С успехом кончив Тульский ШМАС.
Ефрейтор Ларина Татьяна
Была без всякого изъяна.
О! Сколько было разговоров
О ней под плоскостью машин:
Горели глазки мотористов,
Горели глазки у старшин.
Но равнодушно, без привета,
Она относится к чинам,
Один просвет, иль два просвета.
Напрасно ходят по пятам.
Онегин статен и плечист,
Других умней и веселей,
Но получал он в месяц чистых
Всего четыреста рублей.
Но сам Онегин хладнокровно
На красоту её смотрел.
И сердце билось ровно-ровно.
Онегин вовсе не любил.
Слаба техническая кровь,
И недоступна ей любовь.
Не спится Лариной Татьяне,
Она сидит как бы в тумане.
Вдруг видит милые черты:
- Онегин, милый, это Вы?
Но нет, лишь ветер завывает,
О чём-то шепчутся кусты,
Печально Ларина вздыхает,
Одни мечты, одни мечты…
И страшно стало сердцу, жутко,
Так жить ей больше нету сил.
- Дневальный, дайте мне тетрадку,
Перо и скляночку чернил.
- Я Вам пишу, чего же боле,
Что Вам могу ещё сказать?
Мечтой о Вас живу с той встречи,
Я не могу спокойно спать.
Вы так стройны и так прекрасны,
Настойчивы, но не нахал,
Мы вместе были бы счастливы,
Онегин, Вы мой идеал.
И как-то раз, в начале мая,
Хваля красавицу-весну,
Онегин быстро шёл со старта
И встретил Танечку одну.
От взгляда сердце застучало,
И нежно так запел «мотор».
Моя Татьяна – чувств начало,
И юности моей задор.
Свой каждый новый день Онегин
Мир открывает в нежной неге
Цветов и утренней росы,
В любви стал более красив…
Валентина Дроварёва
О женщинах
Есть много женщин разных:
Весёлых и печальных,
Красивых и не очень,
Что так неважно, впрочем.
Есть женщины добрейшие,
Есть злые почему-то,
Есть женщины милейшие,
Нужнейшие кому-то.
Есть женщины-загадки,
Их обаянье – тайна,
Порой о них отгадки
Сложны, как мирозданье.
Есть женщины, как воздух,
Они как невидимки,
И в их глазах негордых
Весёлые лучинки.
Есть женщины, как всплески
Волны ночной у моря,
Их чувства – отголоски
Тех слов, что ветру вторят.
Пред тем, что в них сокрыто,
Поэты б пали ниц,
Лесной прохладой веет
От их прекрасных лиц.
В них новь улыбок юных,
Безумно озорных,
Как свет дорожек лунных,
Открытых, как мой стих.
Да, женщин много разных,
И дочери мои - своеобразны,
Есть в каждой свой изюминок букет,
А некрасивых женщин просто нет.
Хто допоможе?
Біля дверей розкішних ресторану
Стоїть худенька, зморщена дитина
І руку простягла, як рвану рану,
Як болісну чиюсь провину.
Я підійшла до хлопчика і стала зліва,
Дивилася на нього остовпіло,
А потім запитала так невміло:
- Хіба в твоєї домівці нема хліба?
Підняв дорослі очі він на мене,
Ні сліз в них не побачила, ні болю...
-В моїй домівці мама захворіла,
Голодні братик і сестричка Оля.
А скільки років братикові, Олі?
Чекала я зі страхом, що він скаже,
Якої заслужив цей хлопчик долі?
Сказав тихенько: „Їм по три вже майже”.
О Батьківщино, мати Україно,
Що ти порадиш? Скажеш, що невинна?
Не мати ти – зла мачуха дитині,
Вдивися ти в ці очі чорно-сині,
В них не вщухає жах ні на хвилину,
А він чекає цього слова: „Сину!”
Хто скаже так йому? Ти, Батьківщино!
Чи мати, що на хліб не заробила?
Дві матері у нього. Правий Боже,
Хто сироті цій бідній допоможе...
Антон Свистельников
Живи, школо!
Не можу уявити я собі,
Що школі вже сто років,
Тож скільки зроблено сюди
Дитячих добрих кроків?
Тут досі Снєсареви –
Віктор та Василь,
Вогонь війни пілотів цих скосив,
Полягли у бою,
Севастопіль звільняя,
Дуже прикро мені,
Що обох їх немає.
Та багато вже років
Школа чує їх кроки
І обличчя їх бачить.
Вони нам заповіли
Сонце, травку та листя,
Сяють в серці зуміли,
Як зірки в небі чистім.
Ти живи, моя школо,
Дітлахів сьогоденням,
Та пишайся їх долею,
Як Христини іменням.
Поспішаю у школу,
В царство знань і захоплень
І в дитячеє коло
Восьму сонячну осінь...
Про Великдень
На Великдень кожний селянин
Намагався вдарити у дзвін,
За народним віруванням, це
Дарувало щастя озірце.
Дзвони ті лунали над колискою,
В дім приносили писемну звістку
Та вміщали все, що цінне в нас:
Батьківщину, і релігію, й родину,
Цілу гаму людських почувань
Та про Бога світлих міркувань.
Крашанки свячені на столі-
Ісус так людям повелів.
Євреї колись грудками каміння
Шпурляли у Христа в час боріння,
Торкнеться грудка до одежі-
Перетворяється у крашанку.
Невежі були у шоці від такого дійства,
Відмовилися хутко від убивства
І посоромилися: все ж таки Христос-
І так тікали, мов здавали крос.
Великдень – це величний день,
Ти поспішай послухати пісень,
Що в церкві Бога людства прославляють
Та кожного зі святом цім вітають...
Ностальгия
За окном лиходейка - ночь
Чёрным саваном двор накрыла.
Надоедливо хлыщет дождь.
Всё наскучило… Всё постыло…
Вспоминается отчий дом,
Край родной, где всё сердцу мило.
Подбирается к горлу ком
И в душе моей боль застыла.
Я хотел бы сейчас опять,
Как в далёкие детские годы,
В шалаше на соломе спать
И вдыхать аромат природы.
А потом по росе чуть свет
Босиком пробежаться вдруг
И, встречая трудом рассвет,
Выйти с острой косой на луг.
И, скосив до лесной засечки,
Чтобы с тела усталость снять, -
Искупаться в родимой речке,
И волну, как сестру, обнять.
Хорошо бы, как в детстве, съездить
По бруснику в еловый бор,
И улавливать свет созвездий
По ночам в зеркалах озёр.
Отчий край! Ты в душе наследство!
Золотые мои года!
Сесть бы в поезд, умчаться в детство
И остаться в нём навсегда!
Владимир Кузьмин
Не стоит сердиться…
Ноябрь, декабрь напоминают нам:
Не всё так в жизни гладко.
И грязь со снегом пополам,
И солнышко украдкой.
Раздвинув штору серого окна,
Посетуем на стынь и хмари.
Откуда-то издалека весна
Привет нам шлёт цветком герани.
Она придёт когда-нибудь,
Перешагнув пушистые сугробы.
Не пресечётся её путь…
Так стоит ли сердиться на погоду?
Алевтина Мигалевич
Весна пришла осеннею порою,
Друг другу признавались мы в любви,
Ходили долго тропкою одною
По улице Чапаева в те дни.
Потом свиданье в парке опустевшем
И наши поцелуи в тишине.
И лёгкий танец листьев пожелтевших
Мы наблюдали сидя на скамье.
О чём тогда с тобою говорили,
Стихами рассказать я не берусь…
А дни так быстро, быстро проходили,
Делили с нами радости и грусть.
Зима в одежды белые оделась,
Сегодня вдруг затеяла пургу…
Я на тебя ещё не насмотрелась,
От взгляда оторваться не могу.
Лариса Зюзюкова
Дари души возвышенной тепло
И сердца жар не погаси водою…
Благослови всё то, что помогло
На этом свете встретиться с тобою.
Благослови и речку, и поля,
И ту криницу, из которой пили,
Плоды, что подарила нам Земля,
И все тропинки, где с тобой ходили.
Как долго нам в разлуке жить пришлось,
Как много мы ошибок совершили,
Но то, что предназначено сбылось,
Навеки нас мечты соединили.
И сам Господь союз благословил,
И держит нас божественная сила.
Меня никто так в жизни не любил
И я так нежно, верно не любила.
И мы живём в согласье и любви,
Прожитых лет стараясь скинуть бремя…
О! как бегут… летят шальные дни…
О! как спешит неумолимо время…
Лариса Зюзюкова
Хочу полцарства обойти
Везде один без гида.
Люблю, но где её найти
В какой стране увидеть.
С тропы своей я не сойду.
Да будь я не поэтом
Её из тысячи найду,
Чтобы сказать об этом.
На севере расплавлю лёд
Влюблённым всем на диво.
Возможно, там она живёт
С моей мечтой красивой.
На край земли пойду искать
В грозу, жару, метели.
Хочу найти и приласкать
И доказать любовь на деле.
Горит душа моя в огне,
Люблю её и песней славлю.
Своей любимой на земле
При жизни памятник поставлю.
С тропы своей я не сойду,
Да будь я не поэтом.
Её из тысяч я найду,
Чтобы сказать об этом.
Григорий Зюзюков
Пишу тебе пленительные строфы
С поющею душою в унисон,
Но ты уйдёшь, и будет катастрофа
Сильнее, чем торнадо и муссон.
Останутся лишь сотни километров,
Что пройдены в болотах и снегах.
Я буду, словно унесённый ветром,
Блуждать в далёких мифах и стихах.
И хочется сказать судьбе: довольно,
Душа и сердце не привыкли лгать,
Неужто не поймёт, что это больно –
С любовью опрометчиво играть.
Твой образ светлой аурой насыщен…
Бежит из-под руки твоей строка,
С надеждою всё выше и всё выше…
Твои слова: люблю тебя – я слышу,
Бегущие ко мне через века.
Григорий Зюзюков
Диалектика
На поступки есть причины,
Но пришла благая весть –
Если есть удары в спину,
Значит дружба точно есть.
Как узнать, где эта мера?
Как блюсти святой завет?
Без неверия нету веры,
А без смерти жизни нет.
Нам нельзя быть равным Богу.
Где найти простой совет?
Как найти свою дорогу?
В бездорожье её нет.
Есть тропа без арьергарда,
Есть дорога в никуда…
Без вранья не будет правды,
Без величья нет стыда.
И в сильнейшие морозы
Где-то есть тепло для вас.
Если экономишь слёзы –
Значит ты живёшь без глаз.
Это целая наука:
Сохранить семью в любви.
Иногда нужная разлука –
Без разлуки нет семьи.
В чувствах нет течений модных,
Но они волнуют кровь.
Если ненависть свободна,
Значит царствует любовь.
Юрий Михайлов
Лирика
Ах, какой сегодня вечер!
Звёзды рядом – можно взять,
Ветерок обнял за плечи,
Теребя речную гладь.
Тишина со мной играет,
Предлагая мне покой.
И луна сестре кивает
Из речушки небольшой.
Ручеёк сребристой змейкой
Тихим шёпотом манит.
И сверчок своей жалейкой
Грустью по сердцу звенит.
Рядом стройная берёза,
Словно облако во сне.
И от счастья тихо слёзы
Поднимаются во мне.
Юрий Михайлов

















